"ФУКУ"

Пример составления мнемонической цепочки


Группа иероглифов с онным чтением ФУКУ стоит того, чтобы подойти к ней со всей ответственностью. Девять знаков из этой группы входят в список "Дзёё-кандзи", а шесть из девяти - в общеобразовательный список "Кёику-кандзи". Однако прочное запоминание этих важных знаков сопряжено с трудностями. Во-первых, по начертанию они различаются слишком мало для того, чтобы не слиться в памяти в безликое пятно (легко перепутать два основных фонетика, образующих две подцепочки по пять знаков - они построены каждый из трех обычнейших элементов; кроме того, некоторые знаки имеют одинаковые или очень похожие детерминативы). Во-вторых, значения многих иероглифов слишком абстрактны и расплывчаты, чтобы запасть в память без специальных усилий. Мнемотехника для этой цепочки должна быть особенно тщательной.


Счастье, благополучие
"Хаба" - ширина
1. Вспомогательный; побочный
2. Помощник; заместитель; вице-
3. Дубликат, копия
"Я" - спица (колеса)

     "Фукуся" - излучение, радиация
     "Фукусо:" - скопление, наплыв; затор
    "Ко:мори" - летучая мышь
 
1. Возвращать[ся]
2. Восстанавливать
3. Повторять
"Куцугаэсу" - опрокидывать, переворачивать; свергать, ниспровергать
"Куцугаэру" - опрокинуться, перевернуться
"О:у" - покрывать, закрывать; прятать, скрывать
"Хара" - живот
В идиоматике также: намерения, тайные мысли
Двойной; повторный; сложный
"Мамуси" - гадюка
 
1. Одежда
2. Подчиняться
3. Отбывать срок (службы и т.п.)
4. Счетный суффикс для доз лекарств, глотков и затяжек
"Эбира" - колчан
 
"Фусу" - ложиться; распластаться; лежать лицом вниз
"Фусэру" - класть лицом вниз; ставить вверх дном; устраивать засаду
    "Фукуса" - небольшой шелковый платок
    (для завертывания денег или подарков)


Состав группы

Легко видеть, что наряду с употребимыми знаками в группу попали представители иероглифической экзотики. В общем случае сам студент решает, до какой глубины ему доходить. Данный пример соответствует стратегии, нацеленной на освоение примерно четырех тысяч знаков.

Один из самых частых мотивов для включения в цепочку неупотребительных иероглифов звучит так: знак употребляется редко - но слово, которое им классически записывалось (а сегодня чаще записывается каной), вполне употребимо, имеет конкретное значение и бесполезным не будет. Раз уж это слово все равно придется рано или поздно учить, лучше выучить его сейчас, в сюжете, отведя ему конкретное место в мнемоническом "эпосе". Иероглиф при этом выучивается как бы "в нагрузку". Чаще всего, такие знаки имеют одинаковый фонетик со своими соседями в группе, образуют с ними "подцепочку" - поэтому начертание их запоминается без особого труда. Кроме того, конкретность значений таких слов способно сделать сюжет более ярким и тем способствовать лучшему запоминанию остального материала. Именно из этих соображений в группу включены иероглифы "летучая мышь", "гадюка", "колчан" и "шелковый платок".

Иначе обстоит дело с иероглифом "спица колеса". Его кунное чтение представляет собой безнадежно устаревшее, музейное слово (сегодня спица в колесе, допустим, велосипеда именуется словом "супо:ку" от английского "spoke"). В нашу группу этот знак включен исключительно из-за слова "фукуся" ("радиация") - которое, будучи весьма употребимым, почему-то записывается именно этим редким иероглифом. В принципе, прагматически настроенный студент может ограничиться одной "радиацией", распространив это значение на весь иероглиф. Мы же поступим более строго - запомним классическое значение ("спица") и два сочетания, добавив к "радиации" несколько менее употребимое слово "фукусо:" ("скопление"). Только это даст нам моральное право считать, что мы ЗНАЕМ данный иероглиф.




Детерминативы

Студент, взявшийся за сюжетную мнемотехнику, должен к тому времени назубок знать толкования основных иероглифических элементов - особенно тех, что часто служат детерминативами. Для менее осведомленного читателя поясним: детерминативом называется компонент иероглифа, определяющий соотнесение его с той или иной группой значений. Так, знаки "летучая мышь" и "гадюка" имеют детерминатив "червь" - как и десятки других иероглифов, обозначающих различных "гадов" и насекомых. Детерминатив "машина" соответствует семантическому уклону в технику. "Одежда" намекает на предмет гардероба. "Мясо" - на орган тела. И так далее. Детерминативы, используемые в группе ФУКУ, собраны ниже в таблицу:


Показывать Человек Нож
Одежда Шаг Мясо
Ткань Червь Машина
Запад Бамбук


К сожалению, далеко не всегда детерминатив содержит четкий семантический намек. Очень часто такой намек затерян в лабиринтах тысячелетней этимологии, либо изначально не существовал. Это особенно свойственно детерминативам с "неконкретным" значением - таким, как "шаг" или "показывать". Сюда же можно отнести "нож", "запад" и "человека" - эти, на первый взгляд, ясные и конкретные значения на самом деле редко определяют значение иероглифов. В таких случаях на помощь нам должна приходить мнемоника.

Отметим также, что толкования элементов не являются чем-то раз определенным и незыблемым. Здесь могут иметь место различные варианты. Например, "шаг" - это лишь одно из возможных толкований; некоторые словари и учебники рекомендуют другие формулы ("идущий человек", "тропинка", "линия" и т.п.). "Нож" также представляет собой неканоническое название для упрощенной формы радикала "меч". И более того - никто не запрещает студенту выдумать свое собственное толкование для любого радикала и использовать его для внутренних мнемонических нужд. Это не имело бы смысла для однозначно четких детерминативов ("червь", "птица", "металл", "рука" и т.п.) - но вот "показывать" можно запросто переиначить, например, в "бога", и мнемонике это пойдет только на пользу.




Фонетики

Термином "фонетик" обозначается компонент иероглифа, роднящий его с другими иероглифами, имеющими то же онное чтение. Как правило, фонетик состоит из нескольких базовых элементов (радикалов) и не имеет собственного значения - кроме тех случаев, когда сам по себе является иероглифом. В группе ФУКУ выделяются четыре фонетика:


Ф1 Ф2 Ф3 Ф4


Фонетики Ф3 и Ф4 сами являются иероглифами, поэтому никаких специальных значений для них придумывать не надо, они уже есть ("одежда" и "ложиться"). Ф1 и Ф2 требуют мнемоники - пиктографической (когда начертание трактуется как единая картинка) либо идеографической (когда значение комбинации выводится из значений ее компонентов).

Какое именно значение должен иметь фонетик? Один из вариантов: значение соответствует какому-либо иероглифу с данным фонетиком. Это легко сделать для Ф1, взяв первый же иероглиф из списка ("счастье", "благополучие"). Здесь удобна идеографическая трактовка. Ф1 состоит из трех элементов: "один"+"рот"+"рисовое поле" (сверху вниз). Иметь на один рот целое рисовое поле - нельзя даже вообразить большего счастья и благополучия.

Второй вариант: начертание фонетика запоминается уже после того, как составлен сюжет - или в ходе составления оного. Тогда мнемоническая трактовка фонетика может отражать то, что происходит в сюжете.




Расположение знаков в цепочке

Построение цепочки подразумевает расстановку не только отдельных знаков, но и из целых "подцепочек", объединенных общим фонетиком. В нашей цепочке мы имеем четыре фонетика - значит, цепочка будет состоять из четырех подцепочек, две по пять знаков и две по два знака. Вопрос в том, как расположить эти подцепочки.

Изучая природу человеческой памяти, психологи описали так называемый "эффект первоочередности". Он заключается в том, что в последовательности запоминаемых объектов прочнее запоминаются те несколько, которые идут в начале. Составляя мнемонические цепочки, следует об этом помнить, начиная сюжет с тех иероглифов, которые особенно важны. Либо с тех, которые особенно трудны для запоминания. В свете этого полезно длинные подцепочки ставить ближе к концу - поскольку начертания с одинаковым фонетиком запомнить легче.

Следовательно, двумя первыми знаками в нашей цепочке будут либо "одежда" и "колчан", либо "ложиться" и "платок". А первым знаком, открывающим соответствующую подцепочку, будет тот, что проще по начертанию, содержащий "нулевой детерминатив". Иными словами - либо "одежда", либо "ложиться". Нужно выбрать более важный/сложный. По обоим этим критериям первенство за "одеждой". Этот знак и более употребим (входит в список "кёику-кандзи"), и более многозначен, причем значения его весьма разношерстны. Итак, имеем следующую очередность:

 ->    ->     ->   ->    ..............    ->    ..............

С третьей и четвертой подцепочками мы разберемся позже, по ходу сочинения сюжета. Заведомых приоритетов не имеет ни та, ни другая - в обеих по пять знаков, среди которых есть очень употребимые и есть трудные для запоминания. Какой подцепочке стоять на каком месте - не столь важно.

Отметим также, что приведенные здесь логические построения не являются непременным шаблоном для подражания. Порядок знаков в цепочке может быть продиктован и другими мотивами. Например, гладкостью сюжета - это, вообще говоря, фактор не менее важный.




Фабула и персонажи

В мнемоническом "эпосе", который мы создаем, когда сочиняем наши сюжеты, в конечном счете оказывается около трехсот историй. Каждая такая история однозначно указывает нам на онное чтение иероглифа. Для того, чтобы связка "история - чтение" была как можно более эффективной и прочной, фабула каждой истории должна быть максимально яркой и непохожей на другие.

Самый проверенный прием - заимствование готовой фабулы и хорошо знакомых персонажей. Когда в одной цепочке действуют герои Стивенсона, в другой - Волк и Заяц, а в третьей - Бивис и Батхед, то перепутать содержимое этих цепочек становится затруднительным. Причем, абсолютно неважно, что события в цепочках не будут соответствовать содержанию исходных произведений. Мнемоника только выиграет, если персонажи станут выкидывать что-нибудь несуразное. Самый же гибельный вариант - когда в цепочке действует "некто" или "один мужик". Такие цепочки перепутаются в голове уже на втором десятке.

С выбором сюжетной идеи тесно связана проблема запоминания онного чтения. Для него тоже не помешает иметь мнемоническую связку. В принципе, как показывает опыт, можно обходиться и без нее, особенно в случае длинной цепочки, на составление которой уходит много сил и вдохновения - тогда онъёми запоминается само собой и с другими не путается. Но если цепочка коротка, то лучше подстраховаться.

Какая связка может прийти на ум для чтения ФУКУ? Полистав словарь, увидим, что мнемонически соблазнительных русских слов, начинающихся на ФУКУ или хотя бы на ФУК, практически нет. Можно и не упираться в русскость, а придумать какого-нибудь "Фукуяму", на плечи которого и возложить все сюжетные перипетии. Плохим здесь будет только то, что никаких изначальных ассоциаций такая фамилия не рождает - это все тот же "один мужик". Ближе к делу был бы, например, Фукс - соратник капитана Врунгеля из популярной детской книги, выделяющийся наличием яркого мультипликационного образа.

С другой стороны, решая эту проблему, следует помнить и о самом материале, который предстоит кодировать. Что, собственно, и необходимо предпринять первым делом - побегать взглядом по всем выписанным иероглифам с их чтениями и значениями, задавшись вопросом, какая фабула и какие герои могли бы всему этому хозяйству соответствовать. А если уже решено, какие иероглифы пойдут первыми, то сконцентрироваться на них.

"Одежда", "колчан", "ложиться", "шелковый платок"... Когда пять лет назад автор этих строк сочинял сюжет для цепочки ФУКУ, то его внимание привлек "колчан" - и главным героем стал Федот-стрелец из сказки Леонида Филатова. Совпадения начальной буквы оказалось достаточно для прочной связки - вспомним о том, что на букву Ф начинается всего-навсего пять китайских чтений (ФУ,  ФУ: ,  ФУН ,  ФУКУ  и  ФУЦУ) и простора для путаницы здесь не так много.

А что Федот-стрелец будет в нашей цепочке делать, мы решим постепенно, в ходе кодирования.




Кодирование

Итак, начинаем со следующего куска таблицы:


1. Одежда
2. Подчиняться
3. Отбывать срок (службы и т.п.)
4. Счетный суффикс для доз лекарств, глотков и затяжек
"Эбира" - колчан

Кодируя первый знак (или несколько первых знаков), логично никаких сюжетных действий не предпринимать, а просто представить героя, дать "экспозицию". В нашем случае сам бог велел описать одежду Федота-стрельца. Понятно, что колчан тоже является неотъемлемой частью его одежды, только сделанной из бамбука, на что указывает детерминатив. Придумывая мнемоническую связку для начертания, можно помнить как об "одежде", так и о "колчане".

Слева "мясо" (оно может быть и "луной", для мнемоники это неважно), справа нечто уникальное. В правом нижнем углу - элемент "мата" ("снова") - очень часто встречающийся. А вот вертикальная черта с приделанным к ней сверху крючком не встречается более нигде и никакого значения не имеет. Что делает невозможной чисто идеографическую (через значения компонентов) трактовку знака. Остается пиктография. Дело это индивидуальное, как тест Роршаха, - вариантов море. Можно, например, в вертикальной черте увидеть бок персонажа, а в крючке - его руку локтем вверх и кистью вниз, как это делается, когда портной снимает с вас мерку или когда вы примеряете новый пиджак. Такая трактовка хороша тем, что "мясу" отводится его законное место: действительно, вертикальная черта - это "бок", следом узенькая белая полоска (подкожный жир), а дальше - мясо. Пиктограмма комбинируется с идеограммой. Что касаемо элемента "опять", то его можно вписать в пиктограмму - по форме он напоминает тот самый колчан, висящий на боку.

Одетый таким макаром Федот подчинился призыву в армию и отбывает срок службы. Четвертое значение (счетный суффикс) можно увязать с одеждой. В одном кармане у Федота лежат лекарства, в другом - фляга, из которой он делает глотки, в третьем хранится курево.

Варианты слогового кодирования для кунного чтения "эбира":
"Экий битниковский ранец!",
"Эвенка-биатлониста ранец",
"Экипировка библейских ратников"
  и т.д. и т.п.

Идем дальше.

"Фусу" - ложиться; распластаться; лежать лицом вниз
"Фусэру" - класть лицом вниз; ставить вверх дном; устраивать засаду
    "Фукуса" - небольшой шелковый платок
    (для завертывания денег или подарков)

Слева "человек", справа "собака". Федот лежит в засаде с верным псом Мухтаром.

Для кунных чтений возможен еще один способ запоминания - не через отдельные слоги, а через целое слово (либо словосочетание), звучащее созвучно:

"Фу, сыро!"

Кодируются оба куна - "фусу" и "фусэру". Этот метод менее строг и лишен однозначности соответствия (ошибившись, можно припомнить второе слово как "фусиру") - но цельность связки сама по себе является значительным плюсом.

Что делать с шелковым платком? Особенность данного знака - в обманчивости детерминатива. Эту функцию несет здесь радикал "одежда", но сам платок "фукуса" - вовсе не предмет одежды, а скорее упаковочный материал. Если мы сделаем из платка бандану и поместим Федоту на голову, то сможем потом забыть о его правильном назначении. А если, как и предписано, что-нибудь в него завернем, то рискуем неправильно запомнить детерминатив (вместо "одежды" будет вспоминаться "ткань"). Пойдем на уловку - завяжем этим платком пасть Мухтару, чтобы он не лаял раньше времени. Это, во-первых, нетривиально - и значит, хорошо для мнемоники. Во-вторых, встроено в ткань сюжета - когда Федот сдернет платок, начнется следующий фрагмент действия. В третьих, достигается компромисс: Мухтар и одет, и завернут. А деньги в платок можно будет завернуть позднее, по итогам засады.

Теперь мы должны определить дальнейшую структуру цепочки и развитие сюжета, определить, какая из двух больших подцепочек пойдет следующей. Для этого нужно помедитировать над оставшимися иероглифами, держа в голове то место, до которого дошли. Очень важно обеспечить, во-первых, конкретность событий (особенно важную при обилии знаков с расплывчатыми значениями), а во-вторых, сюжетную выделенность длинных подцепочек, их событийную обособленность друг от друга - с тем, чтобы фонетики четко соотносились с соответствующими фрагментами действия. Для этого полезно бывает ставить в начало подцепочки "конкретный" иероглиф, красочно открывающий очередной виток сюжета. Это может быть "летучая мышь" или "спица" в случае одной подцепочки; либо "гадюка" или "живот" в случае другой.

Гадюка может укусить Федота в живот - но тогда нам придется довершать историю без главного героя. Пусть подцепочка с этим трагическим событием идет последней. А перед ней пусть идет группа с фонетиком Ф1:

Счастье, благополучие "Хаба" - ширина
"Ко:мори" - летучая мышь 1. Вспомогательный; побочный
2. Помощник; заместитель; вице-
3. Дубликат, копия
"Я" - спица (колеса)
"Фукуся" - излучение, радиация
"Фукусо:" - скопление, наплыв; затор

Ради пущей структурной строгости имеет смысл обе длинные подцепочки начинать с появления "гадов" - коли уж вторую будет открывать гадюка, то первую пусть открывает летучая мышь. Под каким соусом эту мышь подать? Заставить летучую мышь (или даже целую их стаю) просто пролететь мимо Федота - дело нехитрое, но малоэффективное. Заставить Федота подбить такую мышь из лука - уже лучше. Но еще лучше будет придумать что-нибудь действительно запоминающееся. Пусть, например, Мухтар окажется не простой собакой, а летучей (есть такое семейство рукокрылых - "летучие собаки"). И пусть он в нужный момент вылетает из засады, пугая появившихся на дороге. Оцените образ: немецкая овчарка порхает у вас перед носом на кожистых крыльях и свирепо рычит.

Кстати говоря, сей сюжетный ход может служить основой для альтернативного толкования фонетика Ф1. То, что мы успели истолковать как целое поле на один рот, может быть переосмыслено пиктографически как морда летучей собаки анфас: глаза, от оскала слившиеся в одну линию, квадратный нос и скалящиеся зубы. Друг другу эти разные толкования никак не помешают и могут мирно сосуществовать в памяти.

Кунъёми: "Координат молниеносный ритм".

Размышляя над оставшимися четырьмя знаками, следует обратить внимание на детерминативы - насколько они соответствуют значениям иероглифов. У "спицы" с этим все в порядке - детерминатив "машина" (исторически - "повозка") соответствует ей на все сто. "Бог" (которым, если вспомнить, мы заменили аморфное "показывать") тоже хорошо отвечает значению "счастье, благополучие" - откуда же еще благополучие, как не от бога? Сложнее с "шириной" - детерминатив "ткань" необходимо подкрепить мнемоникой. И уж совсем мало отношения "нож" имеет к помощнику и заместителю. Возможно, что-то здесь способна прояснить этимология ("запасной меч" или что-нибудь в этом духе), но сподручнее будет прибегнуть к мнемоническим фокусам. Если мы вводим в повествование "помощника" Федота, то он должен иметь при себе нож. А еще лучше - активно им пользоваться. К примеру - чтобы уж сразу убить всех зайцев - он может вырезать этим ножом "дубликат, копию" чего-нибудь. Чего именно? Да хоть той же самой спицы! Для этого спица должна быть выведена из строя. Каким образом? Радиацией! И, конечно же, преднамеренно.

Вот и нарисовалось дальнейшее действие. Зловещая летучая собака напускает на проезжающую повозку направленный поток радиации и выводит из строя спицы в колесах. Повозка останавливается, сзади наплывают другие, происходит скопление и затор. Тут появляется заместитель Федота с ножом в руках и оперативно вырезает дубликаты поломанных спиц. Благодарные путники предлагают Федоту тканей любой ширины. Ширину Федот измеряет хабариком. И долгое время потом пребывает в счастии и благополучии.

Кунъёми "хаба" можно запомнить и иначе (например, как "Характеристику балкона") - но оригинальный и яркий хабарик очень хорошо встает в действие, производя дополнительный цементирующий эффект. Японское слово для спицы ("я") совпадает со словом "стрела" (тоже "я") - так что будет очень резонно заставить героев вырезать дубликаты спиц из казенных стрел, что хранятся у Федота в колчане.

Остается последняя группа. Ее, как мы условились, будет открывать "гадюка".

"Хара" - живот
В идиоматике также:
намерения, тайные мысли
Двойной; повторный; сложный
1. Возвращать[ся]
2. Восстанавливать
3. Повторять
"Мамуси" - гадюка
"Куцугаэсу" - опрокидывать, переворачивать; свергать, ниспровергать
"Куцугаэру" - опрокинуться, перевернуться
"О:у" - покрывать, закрывать; прятать, скрывать

Самое время задуматься о фонетике Ф2, который мы до сих пор никак не истолковали. Его верхняя часть представляет собой часто встречающийся радикал, не имеющий канонического названия - некоторые учебники считают его формой знака "человек", некоторые предлагают названия ("полулежать" и т.д.). Вообще говоря, этот радикал стоит того, чтобы студент еще в самом начале занятий дал ему фиксированное мнемоническое имя (подошло бы, наверное, что-нибудь вроде "молотка" или "мотыги") - но здесь мы будем исходить из того, что фиксированного имени нет. Далее идет всем известное "солнце" (оно же "день"), а внизу - радикал с названием "зима". Название идет от иероглифа "зима", куда этот радикал входит. Однако он входит также и в иероглиф "лето" - так что не будет большим грехом назвать его "зима/лето" и переключать эти два названия в зависимости от мнемонических нужд. Если нет других радикалов с похожими именами, то путаницы не возникнет.

Размышляя о "гадюке", можно узреть оную рептилию в радикале . Это гадюка, которая вытянулась в струнку и уткнулась носом в землю. Затылок, правда, несколько великоват для гадюки, но так она выглядит даже страшнее. Итак - пиктограмма. Однако в нее уже не вписать остальные элементы - гадюка как таковая кончилась - поэтому опять придется скрестить пиктограмму с идеограммой: гадюка греется "на летнем солнышке". Фонетик закодирован.

Вообще следует помнить, что пиктографические и пикто-идеографические мнемотолкования для иероглифов и их фрагментов бывают особенно эффективны, когда хотя бы частично апеллируют к одушевленным объектам - людям или животным, лицам или фигурам. Такие толкования следует предпочитать пейзажам, натюрмортам или, того хуже, конструкциям из абстрактных понятий. К идеографическим толкованиям это не относится.

Просмотрим детерминативы. "Гадюка" идет под "червем", "живот" - под "мясом". Здесь все гладко. "Двойной" идет под "одеждой" - нужна мнемоника. Ход напрашивается сам собой: одежда Федота, с которой начиналась наша история, оказывается не простой, а двойной - и гадюка не может ее прокусить. "Возвращаться" должна сама гадюка - поскольку именно на гадюку завязана теперь через фонетик вся подцепочка. Детерминатив "шаг", на первый взгляд, трудно соотнести с ползучей тварью - но если нашего воображения хватит на шагающую гадюку, то запоминание будет крепким.

Итак: очередной подвергшийся агрессии путник напускает на Федота гадюку. Гадюка ползет с тайной мыслью укусить Федота в живот. Но не может - одежда на Федоте двойная. Раздосадованная, она возвращается к хозяину, по дороге восстанавливает запас яда - и повторяет попытку укуса, на сей раз успешно. Хозяин мертв.

Кунное чтение "мамуси" можно запомнить через японские слова: "ма"+"муси" ("дьявол"+"червь" - или, если следовать этимологии, "истинный червь"). "Хара" запоминается тривиально через русское слово "харакири".

Остался последний знак. Его закавыка - во вложенности детерминативов. Самостоятельный иероглиф, уже содержащий детерминатив "шаг", ставится под "запад". Как показывает опыт, мнемоника в таких случаях не всегда бывает эффективной - подцепочка обычно укладывается в памяти как нечто цельное, и вспомнить подобные отклонения бывает нелегко, даже если они мнемонически закодированы. На такие знаки следует обращать особое внимание, не брезгуя в их отношении тупым заучиванием. И, само собой, законом должно быть следование такого знака сразу после его "предка". В нашем случае данный знак должен идти сразу после знака "возвращать[ся]" - как оно у нас и получилось. Хорошо и то, что он завершает собой всю цепочку. Последнее место тоже неплохо способствует лучшему запоминанию.

Кодируем начертание: гадюка шагает под западную сторону телеги и опрокидывает ее. Кодируем кунные чтения: из телеги высыпается обувь ("куцу"), катится под откос и возвращается ("каэру") на обувную фабрику. Последнее чтение/значение: гадюка заползает на опрокинутую телегу, раздувается капюшоном и с довольным вздохом "ооу" всю телегу собой накрывает. Картинка, достойная финала.



Послесловие мнемониста

При подготовке примера я отказался от ненужной "литературности", подавал не столько готовый сюжет, сколько ход мысли, сопутствующий сочинительству. Сюжета в оформленном виде здесь практически нет, и я вообще не уверен в необходимости такого оформления. Ему противится сама специфика японской иероглифики, разнообразие информации, которую приходится запоминать. В этом основное отличие метода иероглифических цепочек от его английского двойника - метода мнемонических новелл, в котором литературность и уместна, и хороша. Именно поэтому я никогда не называю иероглифические сюжеты "новеллами" и внутренне морщусь, когда кто-либо их так называет.

Если же вам непременно хочется иметь зафиксированный результат вашего труда, то лучше подать его схематично, в виде таблицы. Слева иероглифы, справа - события сюжета короткими тезисами, связки, пометки, комментарии. Этого должно быть достаточно.

А компьютерная поддержка - будет.



ЦЕПОЧКИ   ОТ   СМОЛЕНСКОГО    |    ДИСКУССИИ   В   ГОСТЕВОЙ    |    СТРАНИЦА   МНЕМОНИЧЕСКИХ   НОВЕЛЛ    |    ВИРТУАЛЬНЫЕ   СУСИ